Мама, я на митинг! — что делать родителям подростка

The Village поговорил с клиническим психологом Арегом Мкртычяном, доцентом кафедры клинической психологии РНИМУ имени Пирогова, ведущим научным сотрудником лаборатории при Центре социологии образования РАО о подростковом поведении в Сети, мнимой анонимности, новых «нормах» морали и правилах интернет-гигиены.

Стереотипы: что это

В переводе с древнегреческого языка, слово стереотип – это «объемный отпечаток», и такое определение о многом говорит. Некогда так называлось печатное клише, применяемое в типографских машинах.

В настоящее время стереотипом называют устоявшееся представление о чем угодно, шаблонное восприятие реальности. Стереотипы закладываются глубоко в подсознание, становясь автоматическими суждениями, ведущими к автоматическим действиям.

Упомянутый феномен начинает формирование еще в детском возрасте индивида, прививаясь окружающими – сверстниками, воспитателями, учителями, семьей и так далее.

Думая определенным образом в ряде различных ситуаций, попадая в них, человек не тратит лишнюю энергию на анализ. Реакция возникает мгновенно, не нуждаясь в регуляции. Если говорить об экономии психических ресурсов, то это даже удобно. Стереотипы делают мир более последовательным и предсказуемым, и это уменьшает уровень врожденной тревожности. Это одна из редких позитивных сторон явления.

В мире регулярно происходят изменения, и временами привычное мышление ставит нас в неловкую или неоднозначную ситуацию. Пример: древние люди жили с убеждением, что человек, имеющий иной цвет кожи – чужак, представляющий опасность. С потенциальным недоброжелателем расправлялись варварским способом или брали в плен. Отголоски стереотипа существуют поныне, ведя к расизму и прочим неприятным явлениям.

Кибербуллинг и психика подростков

— Понятно, что подростки выкладывают очень много информации о себе и в результате этого часто сталкиваются с людьми, которые используют эту информацию против них: начинается травля, унижение. Насколько у них психика устойчива к этим нападкам, к буллингу? Как они реагируют на это в большинстве случаев?

— Негативно реагируют. Интернет-травля по своим последствиям мало чем отличается от травли в реальном мире, в той же школе, к примеру. Это в любом случае психотравмирующая ситуация, и она усугубляется тем, что в школьном буллинге есть большая вероятность хотя бы вычленить группу агрессоров, на которых можно воздействовать. Здесь это сделать сложнее.

В целом подростки оказываются неготовыми к троллингу хотя бы потому, что социальные сети представляются им чем-то таким обоюдоанонимным: ребенку кажется, что достать его через компьютер крайне сложно. И поэтому, когда его достают, степень воздействия на психику более губительна из-за того, что он не ожидает этого. В школе, даже в самой хорошей, я все равно понимаю, что есть вероятность с кем-то не подружиться, кого-то невзлюбить, и я понимаю, что этот человек рядом. Поэтому мое поведение, пусть и не в яркой форме, оно предполагает какие-то решения: прийти пораньше, уйти попозже, подсесть к миролюбивому Васе или ближе к учителю. В интернете этого не делают: кажется, я сижу дома один с компьютером — сейчас я его закрою, и все прекратится, проблемы нет. Но этого не происходит.

— У вас в работе были случаи, когда дети погружались в депрессивные состояния на фоне популярности, психологического давления?

— Да, такие случаи были. Работая с рядом подростков-блогеров, я вижу обратную сторону этой популярности. Это очень тяжелый труд, во-первых, и серьезные психические нагрузки, во-вторых. Потому что огромный пласт твоей жизни навынос — он открыт, и ты все время должен что-то выкидывать, развлекать свою аудиторию. И, естественно, на фоне растущей популярности растет и негатив, растет целая волна ненависти, злобы и прочего. Готовых решений, которые бы помогали справляться с этой стороной, до сих пор нет. Это все равно что научить человека водить гоночный автомобиль, показав ему, как переключать скорости и где находится педаль газа, но забыв рассказать при этом, как эту машину останавливать и зачем нужно пристегиваться. И я не буду сейчас даже спекулировать, придумывать какие-то схемы — это все в процессе разработки, но пока на уровне концептов.

Читайте также:  Как повысить самооценку у ребенка консультация на тему

Конечно, параллельно приходится налаживать безопасное взаимодействие с аудиторией, потому что, если мы говорим о популярных блогерах, уйти «со сцены» невозможно — и это не вопрос зависимости, это уже часто становится профессиональной деятельностью. И поэтому приходится часто балансировать между созданием какого-то частного, безопасного, интимного пространства для детей, в котором они просто могут отдышаться, побыть сами собой, а с другой стороны, делать так, чтобы они не боялись двигаться дальше. Их все равно туда тянет, но вот это острое тревожное состояние у многих — это не всегда клиническая депрессия, но тревожные состояния налицо: они боятся всего, это может проявляться в виде панических атак, фобий, стойкого ощущения опасности, того, что кто-то сейчас обязательно тебя выследит, нарушит личное пространство — это все присутствует. И это уже работа со специалистом. Самому подростку с этим уже не справиться.

Не будь идиотом, выручая ребенка

– И что же делать родителям? Вот вашего ребенка зовут в опасность, а вы при этом еще не разделяете его политические взгляды.

– Шестого мая на Болотной (6 мая 2012 года прошел протестный «Марш миллионов», закончившийся массовыми столкновениями с полицией и задержанием нескольких сотен человек. – «Правмир») было много молодых людей. Родители стояли с ними. Что делать? Быть вместе.

– Как перешагнуть через себя и встать рядом с ним за того, чьи убеждения ты не разделяешь?

– Нет, ты встаешь с ним не за политика, а за то, чтобы его уберечь, если что. Ты говоришь: «Мне твои взгляды не близки, но я их уважаю, я считаю, что ты подвергаешь себя физической и психологической опасности. Я буду рядом, чтобы тебя защитить, но твои взгляды не разделяю». В этом случае человеку его родительское функционирование важнее, чем собственные политические убеждения.

– Допустим, взрослый справился со своими внутренними ограничениями…

– Со страхом. Родитель боится больше, чем его ребенок.

– Допустим, он справился с этим и говорит: «Я пойду с тобой». А ребенок в ответ: «Еще чего, сиди дома». Ты тихонечко наливаешь валерьянки и сидишь?

– Тогда родитель может сказать: «Хорошо, я не могу удержать тебя за рукав. Буду поблизости от тебя. Я тебя не опозорю перед сверстниками. Не волнуйся, я просто буду в поле зрения на всякий случай, если что». И когда ребенка начнет винтить полиция, в минуты опасности он примет помощь. Если отказывается, чтобы вы шли, тогда говорите: «Извини, улица такая же твоя, как и моя. Я обещаю, что я тебя не побеспокою».

– Родители, которые вызволяли своих детей из полицейских участков после митингов и при этом кричали на них – это тоже страх?

– Да, это страх. Понимаете, им страшно открыто выступить против тех, кого они боятся. В то же время им жалко своего ребенка. Получается конфликт – они вроде подростка вызволяют, но его же обвиняют в том, что он заставил их бояться.

Читайте также:  Компьютерные игры для ребенка и все что нужно знать о доступе к ним

– Похоже на то, как родители кричат, когда маленькие дети на улице в лужу падают.

– Да, это тот же механизм. Как вред большого и малого размаха. Ребенок упал – это малый, оказался в полиции – большой.

– Как родителю себя остановить?

– Кроме чувств человек имеет какую-то рациональную позицию по отношению к собственным переживаниям. Называется это – культура чувств. Мы же не животные, которые колыхаются туда-сюда в своих эмоциях: сейчас нам страшно, мы орем, а потом весело, и мы прыгаем. Понятно, что в семейной ситуации и вообще в ситуации близкого эмоционального контакта контролировать проявления чувств труднее всего, но у каждого человека есть опыт, когда он действовал вопреки своим эмоциям. Механизм есть, просто люди не считают нужным его использовать в близких отношениях. Это тяжело, неприятно и требует больших усилий. Главное – позиция, что вы на стороне своего ребенка.

– Трудно, наверное, об этом вспомнить в полицейском участке.

– Детско-родительская связь – самая мощная, самая природная, неискоренимая. Если ты будешь на ребенка орать за то, что он заставил тебя волноваться, то ты ему тогда кто? Ты дающий человек или ты берущий человек? Функциональная позиция у родителя другая – он дает бескорыстно. Надеяться на стакан воды в старости – может разочарование тяжелое постичь. Если ты в дающей позиции, будь в этом последовательным. Ребенок страдает, ты можешь быть не согласен с его поведением, но в ситуации опасности ты помоги и не стучи ему по башке за то, что ты волновался, переживал и мучился.

– Как должен вести себя в полицейском участке хороший родитель, который хочет поддержать своего ребенка?

– Он должен связаться с адвокатами, не хамить полицейским, выяснять все возможности вытащить своего ребенка. В участке надо вести себя социально грамотно. Если ребенок потрясен, испуган, нужно его утешать и подбадривать. Если он возбужден, его нужно успокаивать. В общем, о нем надо заботиться. В нормальной ситуации лучше не «об ребенка» успокаиваться, а об кого-то более ресурсного.

– При этом надо еще как-то выдержать возможное давление представителей власти.

– Конечно. Если вы на дороге попались и гаишник на вас наехал, вы что делаете? Вы ему говорите: «Виноват, исправлюсь», и можете избежать неприятностей вернее, чем если вы с гаишником спорите и грубите ему. Здесь то же самое.

Здесь сильные фигуры. С ними ругаться – ухудшить дело. Ваша задача – ребенка своего оттуда вынуть. «Да, не уследили. Да, плохо воспитали. Извините, пожалуйста, отдайте нам нашего мальчика». Или девочку.

К сожалению, это двойная мораль. Но в ситуации враждебного социума – осознанный выбор – не вступать в бой, если ты кого-то спасаешь. Если ты пришел спасать своего ребенка, не будь идиотом.

Как избавиться от стереотипов

Сегодня в интернете существуют тысячи сайтов, посвященных как самим стереотипам, так и борьбе с ними. Но есть одна особенность, которая объединяет такие материалы – реально никто не может с ними что-то сделать. Все всё прекрасно понимают, стереотипы – это плохо, это ограниченность мышления и сознания, пережитки прошлого, но никто не может по-настоящему убрать их из своего ума, полностью и навсегда.

Человек может создать новые стереотипы, для этого их надо обернуть в красивую обертку из правильных слов и обещаний, ловко одурманить и впечатлить – и вот уже тысячи людей активно примеряют на себе новые иллюзии. Например, в последние годы благодаря ушлым «психологам-бизнесменам-коучам», появилось множество различных стереотипов о том, как быть «настоящими» мужчинами и женщинами. Они, конечно же, и раньше были, но не в такой гипертрофированной форме. Противоречащие друг другу идиотские правила поведения, мышления и внешнего вида, а также агрессивная мотивация:

Читайте также:  Лечение запоров у грудничков с помощью Микролакса

Если у тебя в жизни нет цели, значит, у тебя нет яиц. Потому что вести бездумное и бесцельное существование может каждый. Ничего не делать с утра до ночи может каждый. Ни к чему не стремиться в этой жизни может каждый.

А вот встать и заставить себя работать может только настоящий мужчина.

Или

Даже если какой-то ухажер вам не понравился, не стоит слишком отдалять его от себя. Настоящая женщина всегда окружена мужчинами, что делает ее еще более привлекательной.

Выходя на улицу (даже если это поход в ближайший магазин за хлебом), женщина должна выглядеть безупречно.

Поскольку все стереотипы по своей сути – это иллюзии ума, даже реальное соответствие шаблонам и идеалам не избавит человека от комплексов или внутренней боли. Если подстроить реальность под иллюзию – внутреннее состояние человека не изменится, но возникнет временный эффект облегчения. Именно этим активно пользуются различные психологи-манипуляторы, которым выгодно, чтобы люди не могли по-настоящему избавиться от комплексов и неврозов, но им бы временно становилось легче от методик, практик, семинаров и тренингов.

Как избавиться от стереотипов

Ничего личного, просто бизнес-паразитизм на внутренней боли и борьбе с иллюзиями при помощи неработающих методов. Борьба с ветрянными мельницами, которая в конечном итоге опустошает людей как психически, так и финансово.

Управляют людьми не стереотипы, а те, кто их придумывает и внедряет в сознание.

Можно посмотреть на стереотипы еще глубже. Фактически, идеи, содержащие в себе слово-призыв к действию «должен», не подкрепленные нормальным и адекватным объяснением почему кто-то кому-то должен – это манипуляция. Такие правила и законы чуть ли не с самого рождения вдалбливаются в ребенка, что приводит к стресу и комплексам во взрослой жизни.

Например, «ненастоящие» мужчины страдают, потому что у них нет своего бизнеса, крутых машин, огромного дома, нескольких любовниц; «ненастоящие» женщины страдают от лишнего веса или особенностей внешности, которые не соответствуют модным стереотипам. Все они что-то должны, только не ясно кому и почему. Эти примеры только вершина айсберга, еще больше болезненных состояний человек проживает фоново, не в силах даже объяснить себе почему ему так плохо. Только непосредственно в сеансах, проясняя бессознательные программы личности, удается находить и рассоздавать такие жесткие установки «я должен …»

С любыми стереотипами можно работать, используя методики и упражнения системы ТЕОС. Например, с помощью процедуры ТЕОС можно проработать любые установки «Я должен …»: должен быть настоящим мужиком, должен быть успешным, должен делать, а не лениться, и т.д.; я должна быть красивой, худой, привлекательной, скромной, сдержанной, вкусно готовить, воспитывать детей и т.д. Непосредственно в сессиях по системе ТЕОС работа всегда идет с более глубинным слоем бессознательного, чтобы прояснить деструктивные программы личности, из-за которых человек создает или принимает от других установки и шаблоны поведения.

Можно выполнять рекомендации психологов или использовать сомнительные методики от очередного новоиспеченного бизнес-тренера, но все это танцы с бубном, создание новых иллюзий в противовес старым. Никому не выгодно, чтобы люди менялись всерьез и навсегда.